Когда потеря власти страшнее террора

Виктория ВЕКСЕЛЬМАН

 

В Батон Руж, штат Луизиана, участники протеста Black Lives Matter (BLM) открыли огонь по полицейским. Трое убитых, семеро раненых. Время для террористических расправ с полицейскими террористическая организация (по определению бывшего мэра Нью-Йорка Руди Джулиани) BLM выбрала совершенно не случайно: канун президентских выборов.

Следует отметить, что нынешний хозяин Белого дома довольно снисходительно относился к террору на территории Америки, исключив этот термин как из политической, так и профессиональной лексики, а тут объявить войну BLM – значит объявить войну электоральной базе демократов.

Не то чтобы BLM представляла всю афро-американскую общину Америки, как раз наоборот. Но ровно так же, как и различные исламские организации США, крикливые лидеры создают впечатление, что именно они и ведут за собой всю общину. Кстати, исламские организации очень плотно опекают BLM и участвуют во всех ее акциях протеста. И тут дело не только в количественном представительстве, сколько в возможности договориться о покупке голосов, об устройстве «карусели» и прочих махинациях. И это же относится к лидерам латиноамериканской общины. То есть ради сохранения власти можно закрыть глаза на преступность и террор. Пусть убивают людей на корпоративах, в клубах, на улицах, стреляют в полицейских, только бы не пришел к власти Трамп.

Мануэль Вальс

Мануэль Вальс

Лучше всех выразил эту нехитрую мысль премьер-министр Франции, месье Вальс, сказав, что «мы не пойдем по пути трампизация нашего сознания», то есть закрытия границ перед мусульманскими мигрантами. А вот президент Франсуа Олланд явно подкачал. Он взял да и ляпнул по поводу событий в Ницце: «Это, без сомнения, теракт, и вся Франция находится под угрозой исламского террора».

Леволиберальная «Гардиан» отреагировала немедленно: «Франция, конечно же, была объектом террористических организаций в последнее время; тем не менее, странно слышать такие поспешные умозаключения. Когда он говорил, полиции почти ничего не было известно о личности 31-летнего Мухаммеда Лахудж-Бахлуля, убившего 84 человека. Более того, полиция пока не установила очевидных связей его с радикальным исламом. Возможность действий волка-одиночки исключить нельзя».

Так вот, с точки зрения прогрессивного профессора политологии по имени Филипп Марли (Philippe Marlière), главная вина Олланда состоит не в том, что его правительство допустило совершенно вопиющие теракты, а в том, что он полностью «утратил доверие общества за 10 месяцев до выборов». Мало того, что он стал самым непопулярным президентом пятой республики, так он еще и умудрился вызвать гнев левых собратьев.

Одна из жертв теракта в Ницце

Одна из жертв теракта в Ницце

«За время правления Олланда политический пейзаж Франции претерпел глубокие изменения. Его действия оказали негатвное воздействие на левый лагерь в целом: радикальный левый фронт, коалиция партий слева от социалистической партии затягивается в пропасть вместе с социалистами. Республиканцы Николя Саркози находятся чуть в лучшем положении только потому, что они сейчас не у власти. Есть только один победитель, только одна политическая сила, набирающая мощь, это Национальный фронт Марин Ле Пен. Хотя Ле Пен хранит мочание в эти дни, ее политическое будущее выглядит весьма многообещающе, судя по всем опросам общественного мнения, и эти опросы предсказывают, что она выйдет во второй тур голосования на предстоящих президентских выборах».

То есть виноваты не левые политические интересанты, десятилетиями заигрывавшие с исламом в ущерб интересам своих народов, а один не очень умный президент Франсуа Олланд. Хотя непонятно, что же он сделал не так. После парижских терактов устроил массовое шествие мировых политических лидеров. Правда, не очень хотел пускать туда израильсого премьера Биньямина Нетаниягу, но потом согласился. Шествие было впечатляющим, по крайней мере, на фотографиях. И даже народ на какое-то время сплотился вокруг президента.

Но теракты следовали один за другим – «Шарли Эбдо» и еврейский кошерный магазин, Батаклан и стадион, а теперь Ницца. И все вроде бы разрозненные теракты, не имеющие отношения к ИГИЛ, как утверждают власти и пресса. Да, разумеется, они же не выложат на стол партбилет «Исламского государства», зато каждый из («очень быстро радикализовавшихся») организаторов и участников этих терактов может выложить Коран. Хотя, как утверждают те же левые политики, кровавые теракты не имеют отношения к исламу, честное слово.

Народ под ударами исламских террористов начал пробуждаться, к велиому огорчению профессоров политологии, и «это сыграет на руку правым экстремистам и укрепит их. Главы служб безопасности даже опасаются акций возмездия со стороны правых экстремистов».

Помните, после Батаклана в лагере мусульманских «беженцев» в Кале призошел пожар, и СМИ сразу начали высказывать предположения об акции возмездия? А потом оказалось, что «беженцы» сами устроили пожар во время внутренних разборок.

Опять же, с точки зрения левых, время теракта было выбрано крайне неудачно: в день Бастилии, подорвав тем самым веру народа в главные лозунги французской революции, в «свободу, равенство и братство».

Какая уж тут свобода, если из дома выйти страшно, экономика разваливается, политическая стабильность отсутствует, равенства при отсутствии внятных перспектив для молодежи быть не может, да и о братстве говорить не приходится, если теперь «мусульманское население подвергается дискриминации и объявляется «внутренним врагом»».

Вы обратили внимание, что профессор скорбит не по жертвам исламского террора, а из-за дискриминации мусульманского населения, к которому французы начинают относиться враждебно?

А дело ведь не в исламском терроре. Этот самый Мухаммед Булель и пьянствовал, и наркотики употреблял, и жену избивал, и мелкоуголовными преступлениями не брезговал, а потом решил отомстить обществу, как и Омар Матин в Орландо, уверяет профессор. Ну никакого отношения к исламу, поверьте специалисту на слово.

Канадский политический обозреватель Рекс Мерфи сочувствия террористам не выражает. «Как бы ни было старомодно вспоминать устаревшие рыцарские кодексы в микро-агрессивные и прогрессивные времена, сама идея, что самопровозглашенные «воины» убивают женщин и детей – невинных, беззащитных, не имеющих никакого отношения к конфликту – должна потрясти до глубины души. Это идет вразрез со всеми кодексами чести в конфликте и – вне заивисимости от того, как часто они нарушались – было табу во времена всех конфликтов. Париж, Лондон, Бостон, Мадрид, Нью-Йорк, Оландо, Иерусалим – скоро легче будет назвать столицу, где терактов не было – и всегда одни и те же маркеры: крики «Аллах акбар», а затем выстрел, бомба, скороварка или грузовик – они убивают, ранят, калечат как можно больше невинных людей. Что касается резни в четверг, осуществленной еще одним «волком-одиночкой», то, учитывая число совсем свежих терактов, мы можем резонно спросить, как много волков-одиночек образуют стаю? ИГИЛ во всех его вариантах, от «Аль-Каиды» до «Боко Харам», и их многочисленные бессердечные эпигоны будут убивать любого где угодно самым жестоким образом – в Ираке, Сирии, Африке – повсюду. Они будут сжигать заживо, продавать в рабство, привязывать бомбу к горлу, отрезать головы, что свидетельствует об их полной аморальности, нечеловеческой жестокости, и по всем масштабам они по уровню варварства сравнялись с нацистами».

Демократию они считают злом...

Демократию они считают злом…

До сих пор никто еще не предложил рецепта достойной борьбы с террором. И в этом свете крестовые походы обретают иное очертание. Европа наводнила войсками Ближний Восток, чтобы остановить мусульманское нашествие. Да, псы-рыцари действовали со средневековой жестокостью, и понятия гуманизма им были неведомы, да, они вырезали евреев на своем пути, но в исторической перспективе они сдержали натиск с Востока почти на тысячелетие. Их потомки извинились за крестовые походы, открыли границы и превратили Европу в Еврабию.

Вместо борьбы с террором они выходят на демонстрации с плакатами «Верните наших девочек». Это не первая леди США с помощью плаката должна обращаться к террористам «Боко Харам», а главнокомандующий Соединенных Штатов, имея в своем распоряжении более убедительные средства. Не менее пафосными выглядят шествия глав государств и правительств в ответ на теракты, либо мужчин в юбках в ответ на изнасилования женщин «беженцами». И все эти гимны «братству», «разнообразию» и попытки «психологического объяснения» не вызывают ничего, кроме презрения.

Когда лидеры Еврабии тратят больше времени на оправдание террористов, чем на борьбу с ними, люди отворачиваются от них и ищут тех, кто имеет смелость озвучить их мысли без политкорректности.

Мир молчал, когда исламские террористы резали еврейских детей в их спальнях, давили их машинами и взрывали в автобусах. Это называлась «борьбой с оккупацией». Теперь террор пришел в города Европы, а лидеры все еще отделываются дежурными соболезнованиями-отписками типа «наши мысли с гражданами (вставить нужное название страны и города)». Потом они скорбно вздыхают, что политический пейзаж изменился не в их пользу. Это правда, политический климат меняется, ибо таково требование времени. Как пишет Рекс Мерфи: «Безжалостный характер и неуемные аппетиты джихадизма требуют настоящего и решительного лидерства».

 Кстати

Июль 2016

 

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.